Войнович: \

Войнович: \"Мне жаль Солженицына\"(интервью)

02.11.06 06:39

В Ашдоде прошла творческая встреча Владимира Войновича с читателями. Писатель читал прозу, стихи (которых у него, как выяснилось, необычайное количество), отвечал на вопросы. Некоторые из этих ответов я записал.

- Владимир Николаевич, многое, описанное в Ваших произведениях, позже сбылось…

-Я не собирался стать пророком, но так получилось, что предсказал августовский путч 1991-го. Да и нынешняя действительность словно из моих книг: страной управляет бывший резидент советской разведки, во власти «православные коммунисты», а патриарх похож на отца Звездония (персонаж «Москва 2042» - О.К.).

-Вам так все нравится, что решили это воспеть?

- В последнее время Россию ведет вперед странный симбиоз символов: двуглавый орел, трехцветный флаг, армейская красная звезда и советский гимн. Перед тем, как его утверждали, как будто понарошку провели конкурс стихотворцев (хотя было ясно – уже выбран Михалков). Я свой текст никуда не посылал, но очень конкретно изобразил в нем абсурд и того, что было в нашей истории, и нашего настоящего, и того, куда мы идем:
«Вот только б опять
Дураки и дороги
Нам не помешали
До цели дойти.»

- Вы все еще верны духу шестидесятников…

- Когда американцы сбросили бомбу на Хиросиму, множество людей погибло сразу, кто-то через некоторый период, однако единицы – на удивление – оказались долгожителями. Есть минимальная полезная доза радиации. Так и мы в свое время получили минимальную дозу коммунизма. До нас и после нас была уничтожающая.

- Расскажите о Ваших корнях.

- Моя мама еврейка, Ревекка (Розалия) Гойхман, родом из-под Одессы. Дед был владельцем мельницы, Советская власть ее, конечно, конфисковала, но толком управлять не смогла. Рассказывали – какая серьезная поломка, сразу звали деда.

- Вы наверняка читаете книги определенной тематики. Понравилась ли Вам «200 лет вместе» Солженицына?

- Отвратительно к ней отношусь, наверно, как и вы. Еще на стадии написания заинтересованные лица обращались ко мне с предложением ее почитать, но я отказался –знал, что такое будет. Вообще, Солженицына можно лишь пожалеть. И об этом – в моем «Портрете на фоне мифа».

- Ваше отношение к иудейской религии?

- Не принимаю религию как идеологию государства ни в Израиле, ни в России.

- Ваш отъезд из Советского Союза в 80-м был тяжелым?

- Это был трудный период. За мной следили агенты КГБ, их называли топтуны. Мало кто из знакомых отваживался сохранять отношения. Но некоторые – приходили. Среди них такая отважная женщина, как Белла Ахмадуллина. Моим ближайшим другом все это время оставался Булат Окуджава. Из друзей он был единственным, кого выпускали за границу.

Однажды, в 85-м Булат заявился ко мне в Баварию и сказал, что хочет несколько дней погостить. Я несказанно обрадовался и до сих пор вспоминаю тогдашние наши прогулки, разговоры… Он уехал, а меня как прорвало – такой поток вдохновения:
« Я никого не трогал,
Лишь повести кропал…»

- Много Вы написали?

- Я работал во всех известных мне литературных жанрах, включая драматургию, фельетоны, сказки, даже либретто опер. Стихи писал и за себя, и за своих персонажей. Это правда, что самый известный из них – Чонкин.

Роман о нем был задуман почти 50 лет назад как трилогия. Но все, что пошло в печать, - это лишь две книги. Да, они выдержали десятки изданий, переведены на множество языков, включая экзотические, были экранизированы. (Кстати, в России сейчас снят новый 10-серийный фильм, вы его увидите в следующем году.) Однако хочу сказать: третью последнюю книгу романа я только-только закончил.

Владимир Войнович раскрывает сюжетную канву заключительной части. Как Чонкин сбежал из тюрьмы и попал к партизанам. Как после войны его арестовали и приняли за князя Голицына. Как по приказу Сталина отправили в Кремль, но попал он к американцам.

Как в Штатах приспособился жить в естественных условиях, разбогател и стал крупным экспортером зерна. Как приехал в СССР в разгар перестройки и встретился с Горбачевым.
Как повидался с Нюрой…

А конец у романа такой. Американский фермер Иван Чонкин живет и старится среди посевов кукурузы и сорго в Огайо. Его свидания с поседевшей возлюбленной из российской глубинки регулярны, но непродолжительны. Он уже давно привык существовать вне родины, наблюдая за ней издалека и пробуя судить на свой манер.

Жизнь отдалила Чонкина от России и сделала иностранцем. Чонкина и его создателя.

Вел интервью Олег Колчинский (okimko@gmail.com),
редактор колонки \"Культура\" портала strana.co.il


Ссылка на сайте:   http://www.strana.co.il/news/?ID=7803&cat=