Трансплантация органов начинается не в операционной. Ещё до врачей, высокотехнологичного оборудования и сложной медицинской работы есть короткий разговор, от которого зависит всё.
Разговор с родными человека, которого уже нельзя спасти, но который ещё может помочь другим.
Обычно об этом почти не думают заранее. Кажется, что такая тема всегда где-то далеко, за пределами повседневной жизни. А потом оказывается, что решение нужно принимать здесь и сейчас – не как лозунг, не как красивый жест, а как очень личный ответ на вопрос, что значит оставить после себя жизнь.
Сергей и Ульяна Андрасян репатриировались из Одессы в 2009 году. Сергей всю жизнь работал водителем, а последние несколько лет управлял автопогрузчиком.
- У Сергея была диагностирована хроническая обструктивная болезнь лёгких, при которой человеку становится трудно дышать из-за сужения дыхательных путей и поражения лёгких, - рассказывает Ульяна. - В прошлом году из-за резкого падения сатурации у него развилось отравление углекислым газом в крови, после чего его пришлось ввести в медицинскую кому и подключить к аппарату ИВЛ.
Сергей почти месяц был в больнице. Семь дней провёл в медицинской коме, но после этого попытался вернуться к обычной жизни. А потом снова попал в больницу. Дома по несколько часов в день он дышал кислородом с помощью специального аппарата. Пока не наступил тот самый трагический вечер. Мы вместе посидели, пообщались. Потом Сергей пошел в спальню, я осталась в салоне. Вдруг слышу: «Уля, Уля», - зовет он. Я подбежала к нему, а он завалился на спину и говорит: «Кровь». Я не могла понять, где, но вдруг у него изо рта пошла кровь. В тот же момент я вызвала «скорую».
Пока «скорая» ехала, я под руководством диспетчера МАДА делала Сергею искусственное дыхание и непрямой массаж сердца, но, когда машина прибыла у него не было сердцебиения. Сердце не билось по крайней мере 15-20 минут. Врачам удалось запустить сердце, и Сергея вновь погрузили в кому. Неделю врачи пытались сделать все возможное, чтобы спасти его, но в итоге оказалось, что мозг сильно пострадал, и 28 мая специальная комиссия констатировала смерть мозга.
После этого врач сказал: «У нас есть два варианта: мы можем оставить его в нынешнем состоянии. Сердце само откажет, через 10 минут или через трое суток, никто не знает. Или мы можем попробовать связаться с Национальным центром трансплантологии, и есть шанс, что получится взять его органы для трансплантации».
Ещё до того как врач спросил меня, какой вариант я выбираю, я уже ответила, что второй.
Ведь если хотя бы одна его клеточка останется здесь, на этой земле, поможет кому-то, мне уже станет легче это все пережить, я буду знать, что мой Серёжка где-то рядом со мной, где-то он еще существует в этом мире. Хотя я боялась, что его органы не подойдут для трансплантации. Он все-таки был достаточно тучным и нездоровым человеком.
- Вы знаете, какие органы взяли для трансплантации?
- Одному мужчине 50 с чем-то лет пересадили печень. И два мужчины около 60 и 70 лет получили почки. Также взяли ткани для помощи другим пациентам. После этого руководитель Национального центра трансплантологии переслала мне благодарственные письма от этих людей.
Меня все спрашивают, хотел бы Сергей, чтобы я приняла такое решение, или нет. Я почему-то уверена, что если бы он не хотел, то, наверное, ничего бы и не получилось. Вероятно, органы бы не подошли. У меня есть карта добровольного донора Ади. Я сделала пару лет назад. А Сергею мы не оформляли, думали, что если он не совсем здоров, то его органы не подойдут для пересадки. Но оказалось, что это не так. И я надеюсь, что, когда придет мой последний час, я тоже смогу еще кому-то помочь таким же образом.
Я хочу обратиться ко всем читателям, чтобы вы подумали прежде всего о себе, о том, хотите ли вы, чтобы ушедший ваш любимый человек оставался с вами в этом мире.
Трансплантация – это такая возможность. Вы будете знать, что ваш близкий продолжает жить в других людях, помогает другим людям не покинуть этот мир в муках, помогает им продолжить жить, оставаться со своей семьёй.
Если вы не согласитесь на это, просто закопаете тело, вы уничтожите ещё возможность для некоторых людей продолжать свою жизнь и жизнь вашего близкого и дорогого человека. Многие люди годами, страдая, ждут очереди на трансплантацию, и многие, увы, не дожидаются.
Мне легче жить с той мыслью, что мой Серёжка продолжает где-то быть, продолжает где-то жить счастливой жизнью. Как говорили еврейские мудрецы: «Тот, кто спасает одну жизнь, спасает весь мир».
Мне так легче, честно. Может быть, вы тоже об этом задумаетесь?
В Израиле существует карта донора «Ади», оформление которой означает однозначное согласие на пожертвование органов после смерти её владельца. Согласно особой статье, включенной в Закон о трансплантации от 2008 года, граждане, имеющие карту «Ади», получают преимущество при необходимости пересадки органов им самим или их близким родственникам.
Оформить карту донора «Ади» может каждый израильтянин, начиная с 17 лет. Это можно сделать и на русском языке в интернете по адресу: https://bit.ly/3UcUb1A
Ответы на любые вопросы о донорстве органов, которые остались неосвещенными в статье, можно получить на странице «Ади» в Фейсбуке или на канале в Телеграм
|
